В этом году Sberbank Private Banking ожидает дальнейшего роста сделок с деривативами со стороны своих клиентов. «Как и в 2017 году, при всплеске волатильности объемы деривативных позиций могут увеличиваться скачкообразно, то есть в 50-100 раз по отношению к среднемесячным оборотам», — прогнозирует Анна Иванчук.
Среди состоятельных клиентов других премиальных банков также оказалось немало «хеджеров». О росте числа сделок с деривативами сообщил и управляющий директор «БКС Ультима» Олег Сафонов. «Клиенты чаще хеджируют валютные риски на срочном рынке, что, впрочем, является закономерным поведением, учитывая, насколько в последнее время рубль отвязался от стоимости нефти — при ее текущих котировках доллар США должен стоить ниже 50 рублей, но он, как видим, почти 62 рубля», — комментирует финансист.
Премиальные клиенты Ситибанка (в сегментах Citigold и Citigold Private Client) в настоящее время держат в инструментах хеджирования порядка 14% совокупного портфеля. «Доля инструментов, относящихся к альтернативному классу активов, динамика которых не связана с движениями традиционных классов активов, значительно выросла за последние 12 месяцев», — говорит руководитель подразделения инвестиционных продуктов и финансового консультирования Ситибанка Михаил Знаменский. Чаще всего состоятельные клиенты покупают доли в хедж-фондах глобальных управляющих компаний стратегии «глобал макро» и фонды облигаций с плавающей ставкой и с привязкой к инфляции. Кроме того, в условиях возросшей волатильности на валютном рынке инвесторы пользуются такими инструментами, как валютная заявка и валютный опцион с депозитным покрытием.
«По сравнению с аналогичным периодом прошлого года (с января по май) объем сделок с использованием валютной заявки вырос на 4,7%, а сделок по размещению валютных опционов с депозитным покрытием — на 10-15%», — поясняет Знаменский. Пресс-службы Альфа-Банка и Райффайзенбанка на момент публикации материала не ответили на запрос Forbes.
Спекулянты класса премиум
По данным Московской биржи, в апреле объем торгов на срочном рынке составил 8,2 трлн рублей, или 139,5 млн контрактов, что почти на 52% больше январского показателя (5,4 трлн рублей, или 92 млн контрактов). Объем открытых позиций при этом уменьшился — 663,6 млрд рублей в апреле против 922,7 млрд рублей в январе.
Директор инвестиционного департамента UFG Wealth Management Алексей Потапов соглашается, что внимание инвесторов к инструментам срочного рынка возросло. Однако он связывает эту тенденцию не только с хеджированием рисков, но и стремлением получить спекулятивную прибыль. По словам Потапова, клиенты компании предпочитают хеджироваться с помощью фьючерсов на корзины гособлигаций США и стран еврозоны, а также фьючерсных контрактов на ставку ФРС различных сроков экспирации (например, на декабрь 2019 года).
А вот для получения спекулятивной прибыли инвесторы покупают такие инструменты, как валютные форварды и фьючерсы, фьючерсы и опционы на фондовые индексы и отдельные акции, а также на сырьевые товары. «С начала 2018 года среднемесячный оборот деривативных операций с начала года вырос примерно на 50-100%», — уточняет Потапов.
Партнер, заместитель генерального директора «Атон» Григорий Седов отмечает, что компания наблюдает всплески активности и увеличение оборотов на срочном рынке Московской биржи только в моменты сильных движений базового актива (валюты). «То есть, на наш взгляд, фьючерсы и опционы используются клиентами скорее в спекулятивных целях», — поясняет он.
Частные инвесторы, особенно консервативные, практически никогда самостоятельно не входят в деривативы, сомневается международный финансовый консультант FCP (Financial Management) Ltd Исаак Беккер. По его словам, состоятельные клиенты, как правило, хеджируются уже самой структурой своего капитала — распределением средств между различными валютами, активами, банками, странами и так далее.
Беккер предположил, что private-банки предлагают клиентам некие структурные продукты, основанные на деривативах, — это в конечном счете и привело к росту оборотов на срочном рынке. «Но это уже больше искусственная «накачка» самого банка», — подытоживает он.